Убайдаллах Синди: автор тафсира «Илхāм ар-Рахмāн». Часть 2

Автор тафсира «Илхāм ар-Рахмāн». Часть 2

Автор тафсира «Илхāм ар-Рахмāн». Часть 2

Начало: Убайдаллах Синди: автор тафсира «Илхāм ар-Рахмāн»

В Россию Убайдаллах Синди и его соратники прибыли осенью в 1922 года по приглашению советского руководства. Все они были официально приняты в качестве гостей государства, которое буквально на их глазах трансформировалось в Союз Советских Социалистических Республик.

В России все они имели честь познакомиться с Мусой Бигиевым. Если взять конкретно Убайдаллаха Синди, то это знакомство могло произойти и раньше, когда на рубеже 19-20 вв. Муса Бигиев жил в Индии и, возможно, посещал университет Деобанда.

Убайдаллах ас-Синди с одним из своих учеников в 1922 г.

Убайдаллах ас-Синди с одним из своих учеников в 1922 г.

Во время своего пребывания в Москве борцы за независимость Индии внимательно изучали принципы коммунизма и наблюдали за попытками претворения этих принципов в жизнь в Советском Союзе. Убайдаллах пришел к пониманию того, что социалистические учения находятся в прямом соответствии с исламом. В дальнейшей политической деятельности Убайдаллаха Синди эти наблюдения нашли прямое отражение. Так, когда спустя девять месяцев Синди прибыл в Стамбул, он опубликовал здесь проект Конституции Свободной Индии («Хартия независимости Индии»). Она была напоминала советскую Конституцию по своему экономическому характеру, подчеркивая благосостояние народов, национализацию, отмену феодализма и землевладения.

Однако нельзя утверждать, что Синди был впечатлен коммунистическими идеями. В ходе одной из встреч с советскими лидерами он представил свое мнение, сказав, «коммунизм – это не система естественного права, а скорее реакция на угнетение, естественный закон предлагается исламом». Так он пытался убедить своих собеседников в преимуществах ислама, но на встречный вопрос, когда его попросили привести пример государства, которое управлялось бы в соответствии с законами ислама, он не смог дать ответа.

В предисловии к Конституции Синди поделился своими впечатлениями от пребывания в Москве: «Мы имели возможность своими глазами увидеть результаты русской революции в Москве. Некоторые члены нашего комитета изучали русский язык для изучения революции. У нас были хорошие возможности обменяться мнениями с важными лицами России. Для изучения влияния русской революции на другие страны Европы члены нашего комитета ездили в эти страны...(но) мы с грустью ощущаем эту действительность, что нынешнее поколение нашей страны очень далеко ушло от понимания природы революции».

Находясь в Турции, куда Синди уехал в 1923 году и где провел два года, он создал партию «Махабхарата Свараджиа» с целью продвижения политической программы, предусмотренной его Конституцией.  Таким образом, Синди сфокусировался на решении индуистско-мусульманского вопроса, выдвинув новые идеи Федеративной Индии. Эти идеи были впервые разработаны им в 1926 году и пересмотрены после его знакомства с зарубежным мусульманским миром.

Мавляна Убайдаллах Синди в Стамбуле

Мавляна Убайдаллах Синди в Стамбуле

В 1927 году Убайдаллах перебрался в Мекку и прожил там до 1929 года. Вполне возможно, что Синди имел намерение принять участие в работе Второго Мекканского конгресса, который должен был состояться в 1927 году. Как бы там ни было, в Аравии Синди озвучил свое послание о правах мусульман и других важных религиозных вопросах.

В годы жизни вдали от родины Синди изучал ислам и размышлял над философией этой религии, особенно в свете работ Шаха Валийаллаха Дехлави. Если в начале своей политической карьеры он был приверженцем панисламских идей, то после изучения работ этого средневекового ученого в его взглядах произошли определенные изменения. Синди смог глубже осмыслить природу человека и свободы. Благодаря этому, он стал одним из самых активных и видных членов движения Индии за национальное освобождение.

Рассуждая о национальных проблемах Индии, Мавляна Убайдаллах Синди писал: «Классовая сложность присуща каждой нации. Взаимная борьба богатого и рабочего, помещика и крестьянина, капиталиста и рабочего может легко разделить каждую индийскую нацию на конкурирующие и противоборствующие ряды. Вот почему решение всех индийских проблем и особенно индуистско-мусульманских разногласий на чисто религиозной основе не может привести к какому-либо постоянному пути к спасению. Поэтому мы не считаем религию основой для решения этих проблем в нашей программе, а представляем решение этих проблем на основе национально-классового разделения и экономических и политических принципов». В этих словах ученого, несомненно, чувствуется влияние, которое на него оказали социалистические идеи.

Между тем, следившие за Синди британцы знали о его за зарубежной деятельности, о планах и пресекали попытки распространения в Индии документов, которые он присылал из заграницы. Понятно, что в таких условиях Убайдаллах не мог вернуться на родину и был вынужден продолжать оставаться изгнанником – после России и Турции была Саудовская Аравия – в общей сложности прошло более полутора десятка лет жизни в эмиграции, прежде, чем он смог вернуться в Индию в 1938 году. Это произошло после того, как в 1936 году Индийский национальный конгресс потребовал его возвращения в Индию, и британское правительство впоследствии дало свое разрешение.

Во время пребывания за границей «исламистский» подход Синди к индийской политике трансформировался в «националистическо-секуляристский». Покинув Индию, будучи пламенным агитатором и организатором революционной деятельности, обратно он вернулся как мыслитель, пытавшийся создать модель развития, в которой были бы синтезированы принципы ислама и социализма.

Еще один интересный момент заключается в том, что Убайдаллах решительно выступал против сепаратизма на религиозной почве. Ему принадлежат слова о том, что истинный индиец – это тот, кто больше всего стремится объединить Индию. Он апеллировал к истории, приводя в пример арийцев, которые были первыми, кто создал и воплотил в жизнь концепцию единой Индии. Позднее эту же позицию заняли мусульмане, создавшие в Индостане могучую тюрко-исламскую цивилизацию. Поэтому Синди считал, что мусульмане – это те, кто заслуживает права называться «индийцами первого порядка». В модели Санди даже британцы могли стать составной частью индийцев «первого порядка», если они примут Индию в качестве своей Родины, как это сделали мусульмане.

Последние годы жизни Убайдаллаха Синди были отмечены большой простотой. Он оставался противником раздела страны и борцом против империализма вплоть до своей смерти в 1944 году.

Айдар Хайрутдинов

Социальные комментарии Cackle