Россия и мир: повестка на 100 лет

Российский совет по международным делам (РСМД) представил прогноз развития мира и изменения места и роли России на следующие 100 лет.

По мнению экспертов, в течение следующих 100 лет нас ждут как минимум 12 глобальных "вызовов".

В перспективе следующего столетия нас ожидает перелом глобальных демографических трендов. Мы можем застать изменение тенденции последних ста лет, которые показали беспрецедентный рост населения. Скорее всего, в предстоящее столетие рост серьезно замедлится или даже уйдет в отрицательную зону. Такому положению дел будет способствовать распространение образцов репродуктивного поведения, присущего урбанизированным обществам (хотя это далеко не означает решения проблем развития и качества жизни).
Население планеты станет более мобильным. Этому будет способствовать как возможное нивелирование физических границ между государствами, так и уже достигнутый уровень развития коммуникаций. Универсализация английского языка как средства глобального общения будет подталкивать подобную интернационализацию. Мобильность населения может быть и вынужденной, спровоцированной политическими потрясениями и конфликтами.
Мобильность населения и возможная стабилизация его роста не решит сама по себе проблему дефицита земли и ресурсов в силу неравномерности распределения населения. Концентрация населения в городах поставит перед необходимостью новых решений в области организации городского пространства.
Взрывной рост производства и распространения информации, по всей видимости, еще не достиг своих пределов. Сегодня и в будущем проблему будет представлять не дефицит информации, а ее избыток. Как следствие – «перегрузка канала» и потребность в таргетированной подаче информации, адекватных средствах ее сортировки. Интернет вещей приведет к очередному росту информатизации. А возможная прямая связка информационных систем с деятельностью мозга человека (по сути, вживление сети в мозг) приведет к очередному перевороту в информационной сфере. Помимо новых возможностей, это поставит вопрос об автономии индивида, его свободе и защиты от всеобъемлющего контроля со стороны государства и корпораций.
В мире будет меняться баланс сил. Неустойчивость мирового порядка чревата конфликтами между ведущими игроками и перекройкой границ. Государственные границы в целом ряде регионов изменятся. Уже сейчас эти процессы происходят на Ближнем Востоке и в Центральной Европе. Они вполне могут затронуть Африку и Центральную Азию. Границы будут меняться и в силу интеграционных процессов в отдельных регионах – для ряда успешных интеграционных группировок они просто отпадут за ненадобностью. Но эти же границы могут восстанавливаться столь же быстро под влиянием наплывов населения из кризисных регионов.
Одновременно будет ускоряться революция в военном деле. Старые военные технологии будут наполняться новой информационно начинкой. Возможен и качественно новый прорыв в управлении и применении вооруженных сил, достижении новых пределов скоротечности, дистанционности и автоматизированности современного боя. Радикально могут измениться образ авиации, ряда компонентов военно-морских и сухопутных сил, значимость космических сил. В свою очередь, это приведет к беспрецедентной роботизации и профессионализации армии.

Одновременно массовое проникновение в общество информационных технологий оставляет шансы «массовым» армиям, но уже на новых технологических и управленческих принципах. Повседневные компетенции в области информационных технологий позволят адаптировать их и к военным задачам. Сто лет назад то же самое происходило с индустриальными рабочими, которые быстро адаптировались к новым технологиям ведения войны и к новой технике.

Конкуренция между государствами будет разворачиваться на фоне роста глобальных проблем. Одна из них – новые инфекции и эпидемии. Их решение потребует развития институтов глобального управления. А это, наряду с другими факторами, вновь поставит на повестку дня вопрос о государственном суверенитете, пределах вмешательства во внутренние дела государства, легитимных инструментах подобного вмешательства. Противоречие между потребностью в глобальном управлении и суверенитете будет нарастать. По сути, это означает противоречие между попыткой выстроить мировой порядок и сохранить мировую анархию в международных отношениях.
Возможно нарастание конкуренции правительственных и неправительственных игроков. Ключевые конкуренты государства – транснациональные компании, обладающие финансовой мощью и доступом к информации о рынках. Однако компании лишены инструментов легитимного насилия. Им придется опираться на аппарат насилия государств для защиты и продвижения своих глобальных интересов. Террористы различных мастей – другой неправительственный конкурент государства. Развитие технологий будет делать инфраструктуру более уязвимой как для традиционных, так и для новых форм терроризма. Рост числа кризисных и «хрупких» государств – благоприятная среда для развития терроризма. Кибертерроризм – еще неосвоенная ниша для радикалов. Будущие сто лет будут связаны с растущей уязвимостью государства и человека в киберпространстве.
Вместе с тем эрозия суверенитета, скорее всего, будет носить неравномерный характер. Рост числа слабых государств будет сопровождаться усилением небольшого числа государств. Усилением как в смысле контроля собственного населения, так и возможностей проецировать мощь вовне. Слабые государства останутся ареной конкуренции ведущих держав в том случае, если лидерам не удастся выстроить эффективные институты глобального управления.
Радикальные изменения произойдут в области энергетики. Причем эти изменения могут диктоваться не столько дефицитом ресурсов, сколько изменениями среды – климатическими и экологическими сдвигами. Возможна радикальная перестройка мирового энергетического баланса. Более дорогая энергия солнца и ветра может оказаться востребованной в силу дороговизны преодоления последствий климатических изменений.
Революционные изменения вероятны в области образования. Дистанционное образование, радикальная смена карты профессий и принципиально новый уровень доступности и распространения информации повлияют как на природу университета, так и на другие образовательные институты. Образование может стать значительно более индивидуализированным – заточенным под нужды, особенности и интересы конкретного человека. Но специализация образования парадоксальным образом может идти рука об руку с деградацией универсального и фундаментального образования. При этом вложения в науку будут, вероятно, обгонять экономический рост.
Трансформация политических идеологий – еще один значимый тренд. Понятия свободы, авторитета, равенства, легитимности и другие фундаментальные политические категории будут наполняться новым смыслом. Это будет происходить, в частности, на фоне новой волны «паноптизма» – роста контроля над индивидом и сокращением пространства его реальной свободы, а также новыми условиями информационной среды, в которых игнорирование мнения масс будет крайне затруднительным. Вероятно, мы также увидим растущую конкуренцию светских и религиозных проектов государственного строительства.

Международные отношения: рациональный мировой порядок?/Рабочая тетрадь РСМД